Письмо Верху

Я так скучаю по Вам.

Иногда эта тоска становится такой тяжёлой,
что кажется — ещё немного,
и она проломит грудную клетку,
выберется наружу вместе с сердцем, на котором уже высечено Ваше имя.

Мы теперь чужие.
Незнакомцы.
Два человека, которые когда-то смотрели друг другу в глаза,
а теперь делают вид,
что никогда не существовали друг для друга.

Каждый день я останавливаю себя,
не позволяю пальцам набрать Ваше имя,
не позволяю себе отправить сообщение,
которое Вы, скорее всего, даже не прочитаете.

Скажите,
зачем Вы вошли в мою душу так глубоко?

Зачем перевернули весь мой мир,
вывернули наизнанку всё живое,
заставили поверить в чудо,
а потом ушли,
оставив меня на обочине собственной жизни,
словно никому не нужного уличного котёнка
с кровоточащим сердцем
и побитым взглядом, которые всё ещё ищут Вас среди прохожих?

Когда мы только познакомились,
Вы говорили так много ласковых слов.

Говорили, что я особенная.
Что я искренняя.
Что я красивая.
Что таких, как я, больше нет.

И я поверила.

Поверила каждому слову,
каждому взгляду,
каждой интонации Вашего голоса.

А теперь мне кажется,
что все эти слова были лишь ключами,
которыми Вы открывали очередную дверь,
чтобы потом уйти,
не оборачиваясь.

Наверное, сейчас Вы говорите их другой.
Другой девушке.
Другому сердцу,
которое ещё не знает,
как больно бывает после Вас.

Может быть,
Вам нравится видеть,
как по Вам страдают и плачут ночами.

Может быть,
чужая любовь согревает Вас сильнее,
чем способность любить самому.

Потому что Ваше сердце похоже на замёрзшее озеро,
скрытое под толщей льда.

А душа —
на старый замок,
где двери закрыты так давно,
что никто уже не помнит,
как они открываются.

И, наверное,
моя любовь показалась Вам слишком громкой.

Слишком отчаянной.

Слишком живой.

Потому что я не умею любить вполсилы.

Я не умею прятать чувства под масками,
не умею притворяться равнодушной,
не умею делать вид,
что мне всё равно.

Вы привыкли всё контролировать.

Слова.
Взгляды.
Прикосновения.

Даже нежность у Вас была осторожной,
словно заранее рассчитанной.

А я любила без инструкций,
без правил,
без страховки от боли.

Для Вас поцелуй был риском передачи микробов.

Для меня — выражением страсти и
способом сказать то,
что невозможно выразить словами.

Мне хотелось целовать Вас в шею
в губы
в ладони
по всему телу
будто этим можно было доказать,
что любовь не причиняет вреда.

Но, кажется,
Вы всегда боялись её больше всего.

Скажите,
разве этого было недостаточно?

Недостаточно того,
что я оголила перед Вами свою душу и тело?

Недостаточно того,
что пожертвовала остатками гордости?

Недостаточно того,
что я отдала Вам всё,
что было во мне человеческого.

А оказалось,
что этого всё равно мало.

Потому что Вы так и не полюбили меня.

И всё же я продолжаю вспоминать.

Вспоминаю Ваш голос, такой повелительный и непреклонный.

Помню Ваш взгляд, такой острый и пронзительный.

Ваши руки, такие сильные и мужественные.

Вкус Вашей кожи, такой сладкий и нежный.

Запах Вашего дорогого одеколона, который пьянил меня.

Грубые черты лица,
которые всплывают в памяти так отчётливо,
будто я видела тебя минуту назад.

Иногда вы приходите ко мне во снах.

И там всё иначе.

Там нет борьбы.

Нет власти.

Нет наказаний.

Нет молчания между нами.

Там мы просто рядом.

Как два человека,
которым хорошо друг с другом.

Которые занимаются обычным ванильным сексом, а не в Вашей излюбленной извращенной форме.

Без игр.

Без контроля.

Без страха.

Мне всегда хотелось именно этого.

Не покоряться Вам.

Не выигрывать у Вас.

Не доказывать свою ценность.

А просто быть рядом.

Обнимать Вас.

Разговаривать с Вами.

Проводить вместе время.

Засыпать рядом.

Делить все радости и горечи.

Завести с Вами семью.

Умереть вместе с Вами.

Но вместо этого Вы превратили это в поле боя.

Вы игнорировали меня,
отталкивали,
наказывали,
контролировали.

Словно я была не любимым человеком,
а вещью
дешевой игрушкой,
затасканной куклой без воли,
которую можно поставить на полку,
а потом убрать подальше, когда надоест.

Будто любовь —
это поле боя,
где обязательно кто-то должен победить.

И мне кажется,
что Вы настолько боитесь быть уязвимым,
что всегда стараетесь ударить первым.

Сломать первым.

Уйти первым.

Остыть первым.

Чтобы никто никогда не смог сделать это с Васи.

Но знаете.

Если это действительно была игра на выживание,
то я проиграла в тот самый день,
когда позволила себе Вас полюбить.

И, возможно,
это поражение останется со мной навсегда.